Jolana Basso IV

Самый-самый первый цельнокорпусной бас, который начала производить фабрика Jolana в городе Грдец Кралове (Hradec Kralove) в далеком 1960 году. Всего лишь за год до этого фабрика была переименована из Neoton в имя дочери Йозефа Ружички, которого называли (и называют по сей день) «чехословацким Лео Фендером».

Неопытные товарищи иногда не понимают, почему первый эксперимент фабрики Ружички по производству цельнокорпусного баса имеет такой странный порядковый номер IV (четвертый).

На самом деле, это никакой не порядковый номер. Это просто лишь количество струн — 4 струны. Все дело в том, что параллельно с Basso IV инженеры Jolana конструировали и другого монстра, который вышел годом позже и получил название Jolana Pedro (номер один в моем списке желаний на данный момент) — возможно первый в истории человечества 6-струнный бас. Хотя с современными 6-струнными басами он имеет мало общего, представляя собой скорее 6-струнную гитару-баритон, на которую ставятся басовые струны. В любом случае, речь сейчас не о нем. Pedro всплывает в нашей сегодняшней истории лишь потому, что для того, чтобы отличать героиню данной статьи от дона Педро, ей было дано название IV по количеству струн (возможно, Pedro на этапе разработки проходил под кодовым именем Basso VI — но это лишь мое предположение).

Что самое забавное, следующая разработка Jolana получила название Basso V. Но струн у нее было по прежнему четыре. А название «пятый» этот бас получил потому, что он шел после рассматриваемого сегодня «четвертого». Вот эта путаница зачастую и сбивает с толку людей при рассмотрении вопроса «сколько всего было младенцев».

Этот инструмент был предметом моего вожделения долгое время. Но так получалось, что хорошие, комплектные инструменты в приличном состоянии и сохранности уходили у меня из под носа за сумасшедшие или около того деньги. Оставалось только надеяться, что когда-нибудь повезет и мне.

Собственно, повезло мне осенью 2012, когда этот инструмент всплыл на чешском аукционе Aukro (собственно, это наш отечественный «Молоток», только на чешском, точнее наоборот — наш «Молоток», это европейский аукцион Aukro/Allegro, но на русском). Инструмент был честно говоря подубитый. В корпусе была выфрезерована полость для размещения батарейки типа «Крона». Соответственно, электроника была «перепахана» под «активную». Гриф был весь облезший (достаточно толстый слой лака в нескольких местах полностью слез, до дерева). В общем, гитара была. что называется «видавшая виды».

Тем не менее, все комплектующие (включая звукосниматели) у нее были оригинальными. А это уже значило, что самая сложная часть восстановления — это заделка дырки и восстановление лакокрасочного покрытия. Что, в целом прочще, чем отчаянный поиск отсутствующих деталей. Правда, предполагалось, что также будет необходимо сделать новый пикгард, ибо оригинальный был бесповоротно испоганен вкряченными переключателями «активной» схемы.

Взвесив все «за» и «против», я решил, что я смогу восстановить этот инструмент пусть не в сверкающем совсем новом виде, но, во всяком случае, в состоянии играбельном и максимально аутентичном. А потому я решил в аукционе участвовать.

Не помню уже точно подробности аукциона, но я в итоге его выиграл. Не помню точно, какая была сумма итоговая, но не слишком дорого. Порядка 150 евро где-то. Может даже меньше.

Так или иначе, ближе к Новому Году 2013 я получил сию гитару. Какое-то время она стояла в моем шкафу и ничего не происходило.

Наконец, когда у вашего покорного слуги дошли руки (ноги, голова — нужное подчеркнуть) до восстановления инструмента, он этим занялся с превеликим энтузиазмом, терпением, собранностью и прочим сверхблагими характеристиками тела и духа, позволяющими рассчитывать на положительный результат.

Какие работы были проделаны:

  • Полное удаление старого лакокрасочного покрытия с корпуса гитары.
  • Полное удаление остатков «активной» электрической схемы из корпуса гитары.
  • Заклеивание фрезеровки под батарейку. В качестве материала для заделывания дыры был использован махагон, что несколько не соответствует  ольхе, из которой изготовлен корпус. Но, тем не менее, было принято решение, что искать ради маленькой вставки именно ольху будет слишком «жирно» и краснуха для этих целей вполне сойдет.
  • Шпатлевание и заделка всевозможных ямочек и впадинок на корпусе, связанных с длительным периодом эксплуатации.
  • Шлифовка корпуса до высокогладкого состояния, пригодного для покраски.
  • Грунтование корпуса белой грунтовкой (в три или четыре слоя, сейчас уже точно не вспомню).
  • Покраска корпуса в красный цвет. Тремя или четырьмя слоями. На самом деле, цвет краски (официально именуемый «burgundy», что бы это не значило). несколько не соответствует оригинальному. Точнее даже не цвет, а оттенок. Но я решил не париться с подбором нужного оттенка путем смешивания разных красок, а просто выбрал наиболее подходящую. Забегая вперед, скажу, что в случае, если не иметь перед глазами оба цвета — оригинальный и использованный мной, заметить различие весьма проблематично.
  • Покрытие корпуса полиуретановым лаком (остановил свой выбор на нем по причине высокой глянцевости и невысокой токсичности и вонючести по сравнению с лаком нитроцеллюлозным).
  • Шлифовка и полировка покрытия.
  • Восстановление надписи Jolana на корпусе (в качестве подложки — золотистая краска из баллончика, в качестве самой надписи — деколь) с последующим задуванием аэрозольным лаком и полировкой.
  • Изготовление нового пикгарда (это относится к «косякам» восстановительных работ, т.к. ПВХ, который был использовался достаточно мягкий по сравнению с полистиролом из которого  был изготовлен оригинальный пикгард — может быть потом я переделаю пикгард).
  • Монтаж «оригинальной» схемы. Насколько схема в итоге получилась именно оригинальной я сказать затрудняюсь. Я «копировал» схему Jolana Basso V (также имеющуюся в наличии) с использованием потенциометров Tesla (которые остались в схеме в ее «активном» варианте и, смею предположить по их габаритам, что они стояли в инструменте и до того, как кто-то начал эксперементировать с батарейкой) и галетного переключателя от Jolana Diamant bass (достался мне с дровами пионерской версии этого инструмента). Смею предположить, что схема «четверки» и «пятерки» была все-таки идентична (с разными, правда, звукоснимателями), а потому, моя «четверка», распаянная по образу и подобию «пятерки» несет на себе схему таки оригинальную (пусть, возможно) на неоригинальных деталях.
  • Закраска «позеленевших» трещин на грифе. Гриф данной гитары был покрашен в своеобразный «золотой бёрст» (см. фото — это уже восстановленный вариант) и покрыт толстым слоем лака. Со временем лак растрескался и в местах трещин краска (которая, предположительно, содержала в себе медь) от контакта с воздухом и влагой позеленела (если предположение о меди верное, то это случилось в связи с окислением оной). Эта зелень не удалялась из трещин никакими известными мне способами по удалению застарелых загрязнений. В связи с чем оставалось лишь два варианта — либо полное обдирание грифа и покраска его заново, либо закраска трещин таким образом, чтобы сама трещина осталась, а зелень не было бы видно. Что и было проделано.
  • Заделывание проплешины на задней стороне грифа в районе 2-5 ладов. Очевидно в связи с длительной эксплуатацией, а также, возможно. по каким-то другим причинам, лак в этом месте полностью отслоился и представил нашему вниманию открытое дерево. Заделка этой проплешены была выполнена при помощи прозрачной эпоксидной смолы и наждачки для выведения ее вровень со слоем оригинального лака. Сверху был нанесен один тонкий слой плиуретанового лака (см. фото). Получилось может быть и не идеально, но явно лучше, чем было.
  • Очистка от ржавчины, смазывания и подобные тому операции с колками. Плюс восстановление одной разломившейся лопасти колка. (цианоакриллат и эпоксидка способны на такое).
  • Изготовление нового верхнего порожка (старый весь раскрошился по непонятным причинам). Для изготовления я использовал два кусочка трехслойного пластика для пикгардов, склеенных вместе. В результате, порожек получился скорее не Jolana-вский, а Musima-вский (поскольку это немцы любили делать порожки из многослойного пластика).

В результате всех перечисленных выше операций, я получил вполне играбельный и презентабельно выглядящий ретро-бас.

Теперь перейдем непосредственно к тому, что это бас из себя представляет. Как я уже говорил в самом начале обзора, этот бас был пущен в производство в 1960-м году (если быть совсем уж формалистом, то в 1959-м году появился Neoton Basso, который являет собой то же самое, но выпускался под другим именем, поскольку Jolana тогда не существовало, но именно Jolana Basso IV – это инструмент-ровесник чехословацкого концерна и годом его рождения является 1960-й).

Год окончания производства мне доподлинно неизвестен, но можно однозначно предположить, что с производства он был снят никак не раньше 1963-го, когда появилась Jolana Basso V, однако, с очень большой долей вероятности, эти басы (а также появившийся в 1964-м году Jolana Taifun) какое-то время производились параллельно.

Как и почти все ранние (да и не только ранние) чехословацикие бас-гитары, «Четверка» обладала короткой мензурой (770 мм), в связи с чем, ее использование в жанрах, требующих от баса низкого и глубокого звучания (плюсом к этому также древесина и датчики, но об этом ниже), очень затруднено.

Узкий корпус – ольховый. Причем, как минимум, мой экземпляр сделан по канонам североамериканского, а не советского гитаростроения – из двух кусков, склеенных по линии центральной оси корпуса (а не из набора десятка разновеликих брусков, как изделия советских гитарных производств и, к сожалению, поздних работ самих чехословаков). Возможно, это только конкретный экземпляр, но поскольку для его перекраски мне пришлось его полностью ошкурить – я могу это утверждать. Куска дерева в моем экземпляре два.

В корпусе сделана не слишком большая выборка под темброблок, которая прикрыта белым пластиковым пикгардом, на который крепится все элементы электрической схемы.

За съем колебаний струны в магнитном поле отвечают два маленьких и легких звукоснимателя. Корпуса звукоснимателей сделаны из алюминия, причем знающие люди говорят, что сделаны не методом штамповки или литья, а методом фрезировки из цельного куска алюминия. У меня, если честно, подобный расточительный подход к производству в стране соцлагеря, вызывает определенные сомнения. Хотя до 1968 года оставалось еще много времени, так что все возможно.

Магнитоводы – обычные винтики, их можно двигать вдоль корпуса звукоснимателя по соответствующим пазам (честно говоря, я не совсем понимаю – зачем?). Нижняя часть звукоснимателей заклеена красной, бархатной на ощупь тряпочкой. К пикгарду звукосниматели крепятся с обратной стороны на два винта. Крепятся намертво, без всякой возможности к отстройке высоты (собственно, в пикгарде даже не предусмотрены «окна» для звукоснимателей).

Схема подключения датчиков простая. Они подключены к восьмипозиционному галетному переключателю. Положение клюва галетника, таким образом имеет четыре «зеркальных» положения (два диаметрально противоположных положения – на каждый вариант). На более поздних гитарах и басах Jolana к галетнику также прилагался винтик-ограничитель, который позволял вращать переключатель только по хорде, предусматривающий три «основных» положения. На Basso IV вражать галетник можно по всему диаметру, по всем восьми положениям.

Положения при этом классические – нековый звукосниматель отдельно, бриджевый звукосниматель отдельно, два звукоснимателя вместе и, скажем так, положение «выкл.», когда в схеме отсутствует сигнал со звукоснимателей.

Помимо галетного переключателя имеются два переменных резистора – один (который ближе к грифу) отвечает за громкость, другой – за тембр. Все просто. Ну и стандартный выход на джек.

Схема заземлена. Провод земли проходит из темброблока в ближайшее отверстие для втулки крепления струн. Струны крепятся сквозь корпус, что, если не ошибаюсь, было совсем не частым явлением в 1960-м году. В сквозные отверстия в корпусе установлены крупные металлические втулки. С обеих сторон на них закреплены пластиковые панельки. Я так понимаю исключительно из визуальных и эстетических соображений.

Бридж у «Четверки» деревянный, держащийся на корпусе исключительно за счет натяжения струн. Бридж состоит из восьми деталей. Кленовое основание, в которое вставлены винты с широкими гайками, которые можно вращать, на них сверху крепится кленовая же опора с четырьмя пазами. В пазы вставляются эбеновые «сухари» с пропилом уже непосредственно под струну. Эти «сухари» можно двигать вдоль пазов (вручную, без винтов привычных нам сейчас), выставляя требуемую длину мензуры при настройке интонации. Вращением гайки между основанием и опорой выставляется высота струны.

На верхней части корпуса (это не совсем «рог», а скорее некий треугольник) – надпись Jolana на золотом фоне.

Гриф крепится к корпусу четырьмя болтами через металлическую пластину в форме трапеции. Гриф кленовый с «полоской скунса», закрывающей анкер с тыльной стороны из красного дерева (какого конкретно я сказать затрудняюсь). Гайка анкера (цилиндр с отверстиями, в которые вставляется вороток) выведена в голову грифа. Крышка анкера – жестяная, в форме неправильной трапеции. Крепится к голове грифа тремя винтами.

Голова грифа не имеет наклона, поэтому ровно над крышкой анкера идет скоба – ритейнер, обеспечивающая прижатие струн. Колки – ровно такие же, как ставились и на обычные шестиструнные гитары, только с расширенным отверстием в штоке. Результатом этого становится то, что пластиковые бутоны колков частенько ломаются (они и на обычных гитарах ломаются, а на басах и подавно). Мне повезло – был сломан только один бутон, и то он подвергался восстановлению.

Накладка грифа кленовая. Инструмент обладает двадцатью ладами (плюс нулевой). Разметка ладов черными пластиковыми точками. На 12-м ладу – одна точка.

Гриф полностью покрыт лаком (накладка в том числе). Причем с тыльной стороны сделан своего рода «золотой бёрст» — части грифа от головы и от пятки выкрашены золотой краской, переходящей в просто прозрачный лак. Голова грифа полностью покрашена в золотой цвет. На голове грифа надпись Basso IV.

Лак, которым покрыт гриф и корпус – разные (не только в моем случае, но и в оригинале). Я затрудняюсь сказать, какие именно лакокрасочные материалы использовались, но на корпусе был очень тонкий слой лака, который за годы эксплуатации в очень многих местах стерся до дерева, а на грифе – наоборот толстенный панцирь (миллиметр, как минимум), который образовал винтажную паутинку трещин по всей своей длине. К сожалению эта паутинка трещин в нескольких местах превратилась в сколы – там где маленькие кусочки лака вываливались из этой паутинки – я оставил это как есть (наиболее заметно на голове грифа), а между первым и третьим ладом на тыльной стороне образовалась и вовсе плешь до дерева, которую я с трудом вывел вровень с остальным слоем лака (сдирать под ноль и крыть лаком заново я принципиально стал), хотя проблемы там все равно заметны.

Ну, в общем какой-то вот такой инструмент.

Что касается его звучания. То, разумеется для всяческого дэт-метала или тому подобных жанров он не подходит категорически. Ни материалом корпуса, ни выходным сигналом звукоснимателей, ни мензурой, ни внешним видом. Это инструмент из той поры, когда the Beatles и the Rolling Stones были никому не известными командами, поэтому ожидать, что он своими возможностями удовлетворит условного Алекса Уэбстера или Джона Маянга – глупо и бессмысленно. При этом это очень легкий бас, очень удобный с точки зрения эргономики и баланса.

Ну, вот как-то так, пожалуй.


Добавить комментарий